Поамикецаемся?..

Mi havas bonan amikon, kiu aperis en la klubo «Espero» dum nia februara kurso de Esperanto. Lia nomo estas Sergej Andrejsons, li laboras en foto-serva punkteto ie en la sudo de nia urbego. Lia hobio estas fotado de ĉio, bonaj fotiloj, prilaboro de fotoj per komputilo ktp. Feliĉe li ankoraŭ ne estas tre fama — alikaze mi ne havus la ĉi-suban belegan foton de mi. :)

Dum novembraj festoj mi kun Sergeo vojaĝis al Moskvo por partopreni preparan seminarion de la Organiza Teamo por IJK. Surprize por mi, post la moskva seminario mi ricevis kelkajn fotojn. Jen unu el ili. Estas, laŭ mi, belega! Se vi nur vidus ĝin sur papero! Kaj, mirinde, mi absolute ne pozis por ĝi. Dankon al Sergeo, se li aŭ niaj komunaj amikoj legas tiun mesaĝon.

Свежий (сегодняшний!) текст от известного публициста Клода Пирона, который известне своими замечательными статьями в поддержку эсперанто. Текст является отрывком из письма Пирона в почтовой группе BJA-listo.

Imagu du individuojn, kiuj bezonas renkontiĝi por diskuti pri io grava.
Unu proponas kunvenon en loko meza inter la du loĝlokoj, kiun eblas rapide atingi per agrabla vojo. La alia rifuzas tiun ideon, tuj deklaras ĝin naiva, utopia, stulta kaj akceptas nur lokon malproksiman por ambaŭ, atingeblan per limaka irado lau komplika kaj ofte malagrabla vojo, postulanta multajn penojn, elspezojn kaj fortostreĉojn, tiel ke la renkontiĝo povas okazi nur post longa daŭro. Ĉiu rigardos la unuan manieron procedi normala, kaj la duan nenormala. La lingva situacio estas simila…

Лень переводить буквально. :) Суть:
Представьте двух человек, которым нужно встретиться и обсудить что-то важное. Один предлагает удобное место встречи на равном расстоянии от жилья обоих. В это место легко добираться, а путь лежит по приятным местам. Другой же решительно отметает эту идею, объявляет её наивной и утопичной, а взамен предлагает встретиться в далёком пригороде, куда надо добираться на заплёваной электричке с тремя пересадками, а потом ещё километра три пешком по глубокому снегу без лыж. Всякий посчитает первую идею нормальную, а вторую ненормальной. Так и с языками…

Повторяю, это мой вольный перевод, не буквальный. :) Разрешение автора (!) есть.

Несколько минут назад в магазине самообслуживания перед кассой:
Женщина средних лет просит у девушки-кассира дать ей «Вирджиния слимс с ментолом». Девушка достаёт откуда-то снизу большую картонную коробку, в которую навалены самые разные пачки сигарет, перекапывает это всё и говорит: «Вот есть только лёгкие Вирджиния, а обычных нет». Покупательница ей на это: «Нет, лёгкие мне не нужны…»

Задумаешься тут…

Анекдот про Штирлица на осетинском языке:

Иу афон Стирлец йæ къабинетæй рацæугæ, Борман йын йæ къах бацафта, Стирлец зæххыл йæ фындз ныппырх кодта, æмæ Бормæны мады иронау æлгъитын байдыдта. Бормæн æм куы балæбурид: «Обо кэй моды ’лгъитыц!» Уцы афон сæм Гитлер багæпп кодта: «Бичеутæ! Бичеутæ! Ма хул кæнетæ…»

Фабула стандартная, похожих анекдотов миллион: Штирлиц в сердцах говорит что-то по-русски (или как-то иначе проявляет свою русскость) и тогда выясняется, что все вокруг тоже разведчики и тоже говорят по-русски. Только в этом анекдоте Штирлиц говорит на «стандартном» осетинском, Борман — на юго-осетинском говоре, а Гитлер — на дигорском диалекте (западные районы Осетии). В этом весь «лингвистический кайф»…

Кусочек перевода из ICQ-беседы с юзером Tzota:
«…Штирлиц упал на землю носом и (КАТАРСИС!) Бормана мать на осетинский манер ругать принялся».

Уподобительный падеж это вещь! :)

Обстебали мой naming:

Use Plural Forms From Other Languages: A VMS script kept track of the «statii» returned from various «Vaxen». Esperanto, Klingon and Hobbitese qualify as languages for these purposes. For pseudo-Esperanto pluraloj, add -oj. You will be doing your part toward world peace.

Это из текста «Как сделать свой код минимально понятным для остальных». Ага…

Отрывки моего кода:
for dosiernumero in xrange(1, 76):
filename = str(dosiernumero) + '.dcl'
dosiero = open(filename, 'r')
i = 1
leksemoj, vortuzoj, vortformoj = 1, 1, 1
linio = ''
<...>
def leksemo(minuskla):
# Ni bezonos regularajn esprimojn (RE)
import re
# Anstatauxigo de cxiuj numeraloj per kvazauxleksemo "!CIFERO"
numermodelo = re.compile('\d+')
komomodelo = re.compile('[,.]')
litermodelo = re.compile('\D+')
if (numermodelo.match(minuskla) and (not litermodelo.search(minuskla))):
minuskla = "!CIFERO"
return minuskla

и т. д. Эсперантские имена выделены жирным. :-D

Сегодня целый день занимаюсь редакцией частотного словаря… 20 с лишним тысяч слов…

Отрывок забавы ради (несколько слов с частотой 4):

palmo Козе понятно, что «пальма».
pale «бледно»
pago «плата»
oscedi «зевать»
orpulvoro «золотой песок, золотой порошок», oro собственно «золото»
orportanta «золотоносный»; от oro и porti «носить».
ornami «украшать», тоже можно догадаться по всяким там «орнаментам».
organo «òрган»
orbito «орбита»
operacio «операция»
okupita «занятый»
okulfrape «очень заметно», буквально «ударяя по глазам», «бросаясь в глаза»
okulfrapa «очень заметный»
okule «глазами»
okdek «восемьдесят»
okazinta «случившийся»
ofendi «оскорблять»
oceano «океан», конечно
obtuze «тупо» (о боли, звуке и т. д.)
obskuro «мрак», в переносном значении «тайна»
obsedo «одержимость, навязчивая идея»
nuntempa «современный», от nun «сейчас» и tempo «время»; есть синоним moderna
nuligi «отменить, обнулить»
nove «заново, снова, по-новому»
noteto «пометка»
noktomeza «полуночный»

Болел. Писать не хотелось. Не хотелось ничего: только спать иногда. Вроде отошёл. Сегодня приехал на работу на байке.

Ночью снилось, как я наконец осуществил свою студенческую мечту — приехал в КНДР. Причём, похоже, это был визит по Pasporta Servo, потому что со мной везде ходили девочка и мальчик чуть младше меня — вроде как брат и сестра между собой. И я как будто у них жил.

Сон был таким интересным, что, когда я проснулся, мне хотелось заснуть снова, чтобы досмотреть. Ну заснуть снова не проблема, а вот снилась уже какая-то пурга неинтересная…

Опять сегодня размечал рассказы для диссертации. Есть такой эсперантский классик — Эдмон Привà, в его «Karlo» прочёл:

Post la fino de l’ diservo Karlo zorgis por vidi la junulinon eliranta, kaj en la
  После богослужения Карл старался увидеть девушку на выходе и в
lumo de l’ suno li ankoraŭ pli profunde konvinkiĝis, ke ŝi
  свете солнца он еще сильнее убедился, что у неё
havas belege bluajn okulojn. De tiu tago ŝin okule serĉadis Karlo
  прекрасные синие глаза. С этого дня Карл искал её глазами
ĉiudimanĉe en la preĝejo kaj estis maltrankvila, ĝis
  каждое воскресенье в церкви и очень нервничал, пока
kiam li rekonis ie sur la benkoj antaŭe la blondan hararon kun blua rubando…
  не узнавал где-нибудь на скамье впереди светлые волосы с голубой ленточкой…

(из лицейских лет Карла, главного героя)

Когда-то классе в 10-м я нашёл себе замечательное развлечение для бедных: каждое воскресенье я ходил в православную церковь на улице с романтичным названием ул. Августовских событий. В какой-то момент я встретил там девушку, которая училась со мной в одной школе на год (или даже два? — уж не помню) младше. Это стало повторяться, мы всякий раз чинно кивали друг другу — но это дело стало перерастать (у меня во всяком случае) в увлечение. Кажется, поэтому я и перестал тогда ходить по воскресеньям в церковь: потерялся тот настрой из-за которого я туда ходил. Одно дело ходить к Богу, другое — ходить в церковь, чтоб украдкой взглянуть на обаятельную горянку в платочке.
—————— конец романтики ——————————-

В продолжение церковных тем… Сегодня в эсперанто-клуб приезжал дядечка из Финляндии, протестантский проповедник. Наша молодёжь позадавала ему тьму каверзных вопросов, дяденька отбивался как мог, а мог он не блестяще, ибо явно семинарий не оканчивал. На некоторые вопросы у меня были даже лучше ответы, чем у него… :) Было жутковато узнать, что вокруг меня так много в доску светских людей с совершенно кривыми представлениями о христианстве. А дядечка мне был очень симпатичен. И, кстати, на некоторые вопросы он таки отвечал блестяще — например, на вопрос об иконах он сказал вполне в молоканском духе: «в Библии ничего не говорится об иконах» и добавил про безудержность человеческого воображения. Jesss!..

Разговаривал он только по-фински, а жена его переводила. Мы почитали пару глав из Библии параллельным текстом: он читает стих по-фински, я — тот же стих из русского перевода. Испытал непередаваемый кайф: от прикосновения к высоким текстам и от необычного лингвистического опыта. С радостью заметил, что даже улавливаю некоторые знакомые финские слова: «какси», «перкеле», «хювя»… :)

Сегодня был в универе. Была кафедра. Из аспирантов почти никто не пришёл. А как раз обсуждали «аспирантские дела». Жутко много людей ушло, кстати, в этом году… Просто «поредели ряды», блин. «Но я… Я остаюсь…» (с) не помню откуда.

После кафедры решил уже не идти работать, отправился домой через Василеостровскую. Там на Большом проспекте есть один из последних уцелевших букинистических магазинов. Очень неудобно для меня расположен этот магазин, и тем более когда бывает возможность, я туда обязательно захожу. Поковырялся в старых книгах, да… Много интересного хлама… Например, эсперанто-русский словарь Е. Бокарёва, ещё при советской власти изданный, пару лет назад они оценивали в 6 рублей. Теперь вот в 20. Спрос что ли растёт? :) По 6 рублей я их скупал, чтобы потом раздаривать бессловарным знакомым, но за 20 — нет смысла, ибо за 50-60 можно купить новое, как это водится «исправленное и дополненное«, издание.

Сколько раз зарекался не скупать в старой книге всё подряд… В этот раз снова не смог выйти с пустыми руками — купил две книги:
- Гудков В.П. Сербохорватский язык. Грамм. очерк, литературные тексты с комментариями и словарём. М., 1969. 40 руб.
- Карулин Ю.А., Черданцева Т.З. Самоучитель итальянского языка (нач. курс). М.: «Прогресс, 1964. 30 руб.

Полистал (научился, например, читать сербскую кириллицу правильнее, чем читал раньше) и поставил на полку. До лучших времён…

Санкт-Петербург, театр «Зазеркалье», опера Пуччини «Богема»

Сегодня вытащили меня в театр «Зазеркалье». Куда-либо ещё я бы не пошёл, но об этом театре я уже наслышан. И закрытие сезона, опять же. Пошли.

Оказалось, что опера «Богема». Только в театре узнал. :) Купил программку, почитали. Разобрались. Пошли смотреть (в первом акте — в ложу). Тут уместно заметить, что оперу я до сего дня видел только по телевизору, причём казалась она мне делом утомительным. Но тут с первых же минут и до самых последних я сидел как заворожённый. Это просто класс! Все в оперу!

—————————- пересказ —————————-
На парижском чердаке жили четыре друга: поэт, философ, художник и музыкант. Богема. Жили бедно, голодали и терпели холод. Всё начинается со спора поэта и художника по поводу «Чем растопить камин?»: каждый предлагает для этого свои произведения. В конце концов победил поэт Рудольф и его стихи горят в печке-буржуйке. Друзья обсуждают достоинства драмы, которая дала им тепло :)

Тут возвращается весёлый и излучающий успешность Е. Чуев (музыкант по имени Шоннар). С бутылкой в руке. Рассыпает на пол две горсти монет. Он заработал деньги — «сегодня будем пировать». Из купленной в театре программки: «Он заработал денег у богатого англичанина, выполняя его заказ — играть на скрипке до тех пор, пока в окне напротив не издохнет попугай. Играть пришлось три дня…»

«Движения за движениями», и компания расходится. Остаётся лишь один Рудольф (поэт) со свечой и печатной машинкой — ему надо сделать срочную работу для какой-то газеты. Дело явно не клеится: в разные стороны летит скомканная бумага. И тут приходит соседка (Мими).

Тут надо сказать, что Мими — это детсадовская подружка нашего маленького соседа по коммуналке. Андрюша просто волю теряет при звуках этого имени. Очень удобный педагогический приём: надо успокоить ребёнка — говоришь ему: «Андрюша, МИМИ!» И он прыгает, хлопает в ладоши и радостно убегает к себе… В последнее время, правда, Андрюша редко появляется — в квартире остались его бабушка и прабабушка, а он с родителями съехал в Красногвардейский район, в однокомнатную хрущобу. Растут.

Поэт и Мими ломают всю динамичность событий, заставляют меня несколько раз зевнуть, заунывно тянут ноты, влюбляются друг в друга. Тут снизу (блин, ночь же! разбудите всех!) кричат три друга Рудольфа. «Chi è la?» — спрашивает пугливая болезненная Мими. «Amici», — отвечает ей Рудольф на чистом итальянском (ах, этот милый тосканский диалект эсперанто :-D). Рудольф и Мими ещё немного мечутся по сцене, видимо уже дело к утру, и решают идти с «амичи» в кафешку.

Вторая картина оперы. Какой-то бардак: выбегают на сцену студенты ГАТИ, чего-то поют в духе темы народа из «Jesus Christ Superstar», галдят, изображают рынок. Рудольф дарит Мими косынку. «Амичи» приходят в кафе, шуму становится меньше. Выпивают, общаются, скрипач Шоннар бегает вокруг стола и фотографирует (!) эту bela kompanio (или как там это будет на тосканском диалекте). Тут в кафе заходит девушка, которая мне там понравилась больше всех: Мюзетта. Она очень интересно одета, хорошо выглядит, с ней лоснящийся заслуженный артист РФ Альциндор (Ю. Давиденко) с реальной такой коробкой из под туфлей. Мюзетта обувается в новые туфли, ведёт себя вызывающе, капризничает, издевается над Альциндором и над нашим художником с чердака (Марсель) — когда-то у неё с художником был бурный роман, но шикарная девушка не выдержала нищеты парижской богемы и нашла себе заслуженного артиста :-D

Каждый поёт о своём, получается очень красиво и динамично. Марсель-художник нервничает и просит друзей привязать его к какой-то штуке, чтобы он не сорвался к Мюзете. Мюзетта выходит на середину, забирается на табуретку и поёт вальс, показывая аппетитные лодыжки. Все аплодируют. Потом она вскрикивает жутким диссонансом, жалуется на дискомфорт в обуви, Альциндор снимает с её ножек туфли новые туфли, одевает старые и уходит. К туфельных дел мастеру. А Мюзетта уже не стесняясь бросается на шею художнику. Художник тоже её очень любит. Все плачут от счастья, обещают работникам общепита, что за них расплатится Альциндор, и уходят… Публика устраивает овацию и выходит поантрактиться. В буфете очередь. В коридорах десятки иностранных туристов. Случайно встретили парочку знакомых, iom babilis kun ili en Esperanto kaj ruse — мир нормальных людей тесен.

После антракта веселуха заканчивается. Все ругаются. Мими жалуется художнику Марселю, что поэт Рудольф ушёл от неё, достав предварительно ревностью. Тут к сцене подходит Рудольф, Мими прячется, мужчины разговаривают (=поют) о своём, Рудольф проговаривается, что ушёл от Мими, потому что боится её болезни. У неё туберкулёз, она кашляет совершенно жутко, а он не может ей помочь ввиду безденежья. Это всё слышала Мими, она настаивает на окончательном разрыве, как не валяется в её ногах толстенький обаяшка Рудольф. Из программки: «Мими оставляет на память поэту косынку, которую тот ей подарил».

В четвёртой (и последней) картине всё начинается с мирной холостяцкой тусовки на уже привычном нам парижском чердаке. Тут всё веселье (а люди на сцене стебались действительно от души: например, затеяв дуэль метлой и топором) прерывает неотразимая Мюзетта, которая случайно повстречала Мими, обессилевшую и бледную. Молодые люди поднимают Мими на чердак и укладывают в кровать. Вокруг неё суетятся. Она счастлива снова быть с Рудольфом. Мюзетта отдаёт свои серьги, чтобы на вырученные деньги пригласить доктора и купить для Мими муфточку из белого меха… Доктора ждут. Из программки: «Рудольф думает, что Мими заснула. Но она мертва».

В этом месте все плакали. Даже я, старый толстокожий циник, был растроган.

На сцену выбежали студенты ГАТИ, отгородили кровать с Рудольфом и Мими какой-то грандиозной фанерой. Свет стал ярче, сменилась музыка, люди стали хлопать, фанеру убрали. Белокурая пухленькая Мими и обаяшка Рудольф сидят себе и лыбятся в зал. Вокруг них столпились и другие артисты. Потом им всем вместе и каждому в отдельности много-много хлопали. Много хлопали дирижёру и оркестру. Оркестр в этом театре сидит не в классической яме, а за действием на сцене — очень эффектно. Я кричал, чтобы позвали на середину валторнистов, но меня заглушили всякие «Браво-браво!» :-D

Домой вернулись пешком. Выглянуло скупое северное белоночное солнце, как в фильме про Ломоносова (эпизоды про поморское детство). Странные какие-то ассоциации у меня.

Понравилось. В следующем сезоне сходим на Гершвина обязательно.