В. Иванов, 06.06.2011 В транслейтвики у нас с пользователем Bouron завязался большой, многоязычный и какой-то неправильно взаимно обиженный спор на тему предпочтительной грамматической формы глагола при переводе интерфейсов. До сих пор и в Википедии, и вКонтакте основной формой был императив (повелительное наклонение), как во фразе „баив æй“, которая упоминается в каждой статье об осетинской Википедии и вообще-то стала уже своего рода символом вики-технологий.
Мой оппонент считает эту форму нелогичной и меняет всё на инфинитивы (ивын, фæрсын и т. д.). Мол, компьютер предлагает пользователю опции (изменить, прочесть и т. д.), и человек мышкой выбирает среди них как среди имён действий. А ещё инфинитивы используются в русском, немецком и всех романских интерфейсах. Будучи уверен в своей правоте и считая другие мнения ошибкой, он правит записи, которые автоматически распихиваются дальше по всем проектам на движке MediaWiki. Важно оговориться, что вклад Bouron’а в перевод очень важен и, помимо войны с императивами, вызывает только радость — у кого-то за долгие годы наконец дошли руки до этой работы, причём качество переводов на уровне.
Хотя логика про инфинитив не лишена своей стройности, нельзя считать её единственным возможным мнением. Использование императивов в интерфейсе не только лаконичнее (императивы на один слог короче) и живее, но и тоже имеют свою логику. Переходишь по красной ссылке или в поиске не находишь нужной статьи. Написано „нæй ахæм статья“ (нет такой статьи) и ссылка „скæн æй“ (создай её).
Что нелогичного в этом подходе? Если он нелогичен, почему десяток больших разделов не замечают эту „нелогику“ годами и прекрасно пишут императивы в ссылках-командах — вот далеко не все примеры, только большие разделы и те языки, в которых я уверен, что это императив и что в языке есть форма инфинитива при этом: азер., тур., фин., эст.?
Почему в осетинском разделе до сих пор не было критики выбора именно этой грамматической формы в интерфейсе, хотя проект видели, например, специалисты ф-та осетинской филологии на специальном семинаре, не говоря о постоянных пользователях-редакторах раздела?
И нелогично ли воздержаться от правок с глаголом на эти пару дней и прислушаться к другой стороне? Где пресловутый „консенсус“, требуемый в решении спорных вопросов в любом вики-сообществе?
Проблема не в инфинитиве — всего лишь другая возможность перевода, которую я легко приму, тем более что по аналогии с русским уже такие переводы встречались — а в отношении к чужому труду, размышлениям и обсуждениям, которые случились прежде. Завтра придёт новый человек и поменяет все глагольные формы на „-гæ“. Или на „-ынад“, по аналогии с таджикским и славянскими переводами вроде болгарского.
Вообще дико представлять своё одиночество во Вселенной, где этот текст увидит пару тысяч человек, а поймёт от силы два-три… )))
В. Иванов, 02.05.2011 Если человек хоть что-нибудь вообще знает о болгарском языке, так это что в нём „нет падежей“ — во всяком случае этот примечательный факт отмечает большинство вводных текстов.
На самом деле падежи есть — они сохраняются в звательной форме („приютелю“ и „другарю“, например) и в местоимениях.
«Твоя кукла красивая. Как тебя», — говорит болгарская официантка маленькой девочке в кафе. Дело в том, что болгарский язык требует после „като“ (как) винительного предложного падежа. „Като“ при этом рассматривается как предлог. А в русском, где „падежи есть“, внезапно просто именительный — „как ты“. Отсюда взаимные ошибки: у болгар „*как тебя“, у русских „*като ти“ — или того хуже „*как ти“, но „как“ это только вопрос, например, в стандартном болгарском „Как дела?“ — „Как си?“ (букв. „Как [ты] есть?“).
 Фрагмент текста со сравнением: „...няма да си губя времето като вас, пияниците...“ (не буду тратить время, как вы, пьяницы).
Даже самая весёлая профессия требует профессионализма, — считает Светлана Светлая, режиссёр и ведущая праздничных торжеств.
В. Иванов, 01.05.2011 Представляется, что переводить структуры вроде „X_is_so_X“ на эсперанто лучше всего конструкцией „X estas tia Xeca“. На примерах: „Девочки такие девочки“ → „Knabinoj estas tiaj knabinecaj“, „Libera Folio estas tia liberafolieca“ и т. д.
Буквальный пословный перевод „knabinoj estas tiaj knabinoj“ как будто не передавал бы нужного значения: «а ведь действительно, субъекту свойственны качества, которые отражают его в сложившемся понимании!» Суффикс -ec- в предлагаемом решении как раз и помогает вырезать „свойственные качества“ и всё такое.
В. Иванов, 18.04.2008 «Где слова типа koira?» — задаются вопросом изучающие финский язык по мере углубления в новый материал. Koira «собака» изменяется по числам и падежам без изменения в основе — идеальный, конечно, вариант с точки зрения скорости освоения. Но таких слов в финском скорее меньшинство.
Остальные при словоизменении так или иначе меняются и в основе — благо, большинство таких изменений описывается некими правилами (или описаниями тенденций). Вот список слов, связанных с измерением времени, с листка, выданного нам на последнем занятии. Все десять слов образуют множественное число (и падежи) с некоторым изменением основы. Где koira? :)
hetki : hetke/t «мгновение:мгновения»; -i в незаимствованных словах стандартно переходит в -e при образовании форм (suuri/suuret, järvi/järvet, но baari/baarit — надо ещё замечать эти заимствования, ага).
sekunti : sekunni/t «секунда:секунды»; тут nt перешло в закрытом слоге в nn, по правилу.
minuutti : minuuti/t «минута:минуты»; тут удвоенная согласная стала одинарной в закрытом слоге, стандартно.
tunti : tunni/t «час:часы»; как и с sekunti, nt переходит в nn.
vuorokausi : vuorokaude/t «сутки:сутки (мн. ч.)»; в kausi есть на конце -i, которое, как выше сказано, переходит в -e, а ещё s переходит в d, это вроде стандартно всё, но надо знать и активно пользоваться. Легче, как советовал Калле, запоминать каждое слово сразу в трёх формах, воистину.
viikko : viiko/t «неделя:недели»; удвоенная согласная стала одинарной, как в minuutti.
kuukausi : kuukaude/t «месяц:месяцы»; это так же, как в vuorokausi, слово составное, во второй части kausi «период».
vuodenaika : vuodenaja/t «время года:времена года»; тут непредсказуемое изменение k (в данном случае исчезает) — слова с k в последнем слоге надо просто зазубривать, как я понял. На счастье, aika/ajat частое слово («время»), и не запомнить его невозможно.
vuosi : vuode/t «год:годы»; полная аналогия с kausi выше.
vuosisata : vuosisada/t «столетие, век»; озвончается одна t в закрытом слоге.
Конечно, всё не так страшно и в идеале наработается до автоматизма. Однако вопрос «где же koira?» будет ещё всплывать :)
В. Иванов, 02.04.2008 На последнем нашем занятии на курсах финского языка Ольга Александровна шокировала нас своим оптимизмом: «Да нечего вообще там делать, в этом финском! Всё легко». И задала домашнее задание, которое к этой записи приложено. Хорошо иллюстрирует, насколько нечего делать.
Это упражнение на чередование согласных. Если в словарной форме в слове есть открытый слог (т. н. «сильная позиция»), начинающийся на p, k или t, и при словоизменении этот слог становится закрытым (т. н. «слабая позиция»), происходит чередование по известной (заучиваемой) таблице. Бывает и наоборот: когда закрытый слог в словарной форме (kuunnella «слушать») переходит в открытый в одной из форм (kuunteelen «слушаю»; nn перешло в nt).
Alkaa «начинать» (тут чередования нет, это просто так дали глагол)
Me alkamme alamme «мы начинаем»
He alkavat «они начинают»
Hän alkaa «он/она начинает»
Me emme alka ala«мы не начинаем» (отрицательная форма образуется спряжением вспомогательного глагола-отрицания, после которого остаётся основа значащего глагола)
He eivät alka «они не начинают»
Alkaako hän? «начинает ли он/она»
Auttaa «помогать» (tt в сильной позиции чередуется с t в слабой)
Me autamme
He auttavat
Hän auttaa
Me emme auta (тут на первый взгляд должно бы быть autta, но в отрицательных формах вот считается слабая позиция; «Запомните это, дети, потому что понять такое не-воз-мож-но»)
He eivät auta
Auttaako hän?
„Домашнее задание на чередование“ полностью/plene »»
В. Иванов, 28.01.2008 Некоторые интересные факты о финском языке:
- В финском языке восемь сторон света, а не четыре, как в русском или английском. Для северо-востока, северо-запада, юго-запада и юго-востока есть свои слова (не составные, как у нас): koillinen, luode, lounas, kaakko. Насколько я понимаю, у всех этих слов есть „внутренняя форма“ (понятное для говорящих происхождение): так koillinen „северо-восток“ происходит от koi „заря“.
- Финский язык не различает женщин и мужчин грамматически, все равны перед глаголом (olin может означать и „я был“, и „я была“), прилагательным (nuori — это и „молодой“, и „молодая“) и даже перед местоимением (в финском нет местоимения „он“ или „она“, а только объединяющее эти два значения слово hän). Догадка затрёпанная, но, возможно, структура финского языка повлияла на реальное равноправие мужчин и женщин в финской политике.
- Финский язык известен своим пуризмом: здесь нет привычного слова «телефон» или «компьютер» — они составлены из своих корней (puhelin и tietokone). Однако заимствования в финском всё же есть, просто они надёжно спрятаны путём фонологического присвоения: raamattu «библия» (от русского грамота), risti — крест, tavara — товар, piirakka — пирог, lusikka – ложка, viesti – весть и некоторые другие.
- Из, казалось бы, довольно интернациональных звуков в финском нет [ж], [ш] и [ч], очень мало [з] и [ф] (встречаются в заимствованиях).
- Зато гласных в финском куда больше, чем в русском, причём их долгота является смыслоразличительной — tuli „огонь“, tuuli „ветер“ — долгие гласные на письме отображаются двумя буквами рядом. Казалось бы, было бы экономнее обозначать долготу диакритикой (tuli/tūli, например), но, во-первых, все уже привыкли, во-вторых, традиция эта не только финская (в родственных языках долгота так же двумя буквами передаётся: эст.
Vinnemaa Venemaa — Россия), а в-третьих, изменение долготы гласной (т. н. „хронема“) может менять граматическое значение: sata „сто“, kaksisataa (kaksi „два“ + sataa „сотни“, падежная форма) 200.
- Названия некоторых европейских стран по-фински звучат совершенно неожиданно: Россия — Venäjä, Белоруссия — Valko-Venäjä, Эстония — Viro, Швеция — Ruotsi, Германия — Saksa, Австрия — Itävalta.
- В финском языке нет будущего времени. В языках вообще, как считают лингвисты, будущее время глагола оформилось сильно позже всех прочих грамматических штучек — это видно и по русскому будущему времени: сочетание буду + инфинитив („буду делать“) для несовершенного и фактически форма настоящего времени с приставкой („с+делаю“) — для совершенного. А в финском нет будущего: Huomenna minä tulen «Завтра я приеду (приезжаю)».
См. также: «Почему финские слова такие длинные?»
В. Иванов, 24.01.2008 Нашёл внятный и несложный рассказ с текстовыми иллюстрациями о том, насколько похожи друг на друга финский и эстонский языки. Ниже представлена моя выжимка и ссылка на полный текст:
Исторически, какую-нибудь тысячу лет назад, финский и эстонский были одним языком, представленным переходящими друг в друга говорами по всему побережью Финского залива. Современный литературный финский язык создавался как компромисс между западными и восточными диалектами языка (с предпочтением восточных), поэтому часто финское и эстонское слова не совпадают, хотя есть финские диалекты, где звучание ближе к эстонскому. Прибрежные северные эстонские и прибрежные южные финские диалекты сохраняли близость ещё из-за регулярных контактов (торговля и совместная ловля рыбы в заливе) и миграций. В результате многие эстонские слова можно встретить в южных финских диалектах: nisu «пшеница» (в литературном финском vehnä), suvi «лето» (в литературном финском kesä) и т. д.
В результате фонологических изменений, эстонские слова в целом короче соответствующих финских:
- потеря внутренних слогов: фин. suomalainen (4 слога) — эст. soomlane (3 слога) «финн»;
- потеря конечных слогов во многих словах: фин. kaksi — эст. kaks «два», фин. saari — эст. saar «остров»;
- потеря конечных -n: kahdeksan — kaheksa «восемь».
В финском тоже происходили некоторые более поздние изменения: например, превращение некоторых долгих гласных в дифтонги: фин. tie — эст. tee «дорога», фин. työ — эст. töö «труд, работа».
Грамматика существительных в двух языках, в целом, совпадает; есть небольшое различие в притяжательных конструкциях: в стандартном финском они образуются суффиксацией, а в эстонском используются притяжательные местоимения. Однако и в разговорном финском есть тенденция использования местоимений вместо притяжательных окончаний:
фин. koirani (разг. фин. minun koira) = эст. minu koer «моя собака»
фин. koiramme (разг. фин. meidän koira) = эст. meie koer «наша собака»
В системе глагола эстонский во многом «проще» финского. Например, в эстонском не спрягается отрицательный глагол: фин. minä en lue — эст. mina ei loe «я не читаю», фин. sinä et lue — эст. sina ei loe «ты не читаешь», фин. hän ei lue — эст. tema ei loe «я не читаю». В этом месте эстонский — даже более аналитический язык, чем английский (в котором в 3-м лице ед. числа появляется doesn’t).
В финском различие аккузатива (~ винительного падежа) и партитива (~ частичного падежа) позволяет различать законченные и незаконченные действия (а ещё будущее время). Isä söi kalaa «Отец ел рыбу» — Isä söi kalan «Отец съел рыбу» (буквально на русский можно было бы перевести «ел рыбы», как в «пил воды́», и «ел рыбу»). Во многих эстонских словах формы аккузатива и партитива совпадают — и чтобы сохранить возможность различения завершённого и незавершённого действия, эстонский использует специальные грамматические частицы в духе английских предлогов в устойчивых сочетаниях с глаголом (eat up и др.): Isa sõi kala «Отец ел рыбу» (но не доел) — Isa sõi kala ära «Отец съел рыбу» (целиком).
Близкое сходство финского и эстонского в словарном составе сразу бросается в глаза. Особенно легко, если знать основные звуковые соответствия. Однако за пределами базового словаря расхождений довольно много, в частности, из-за большей восприимчивости эстонского к иностранным заимствованиям.
Об этом тексте
История текста не менее интересна, чем сам текст. В далёком 95-ом году в новостной группе (newsgroup в смысле, была такая форма существования интернета, ныне менее популярная) soc.culture.baltics преподаватель Хельсинкского Университета Юджин Холман (интересной судьбы человек сам по себе) написал (на инглише) текст в ответ на чей-то вопрос «Estonian and Finnish. How different are the two languages?» (Эстонский и финский. Насколько различны два языка?) Этот ответ позже был выложен в веб на сайте университета (helsinki.fi), но адрес уже не открывается, зато сохранился в русском переводе на terijoki.spb.ru.
В. Иванов, 14.01.2008 Прошедшая неделя выдалась богатой на приятные сюрпризы для любителей осетинского языка. Есть три большие новости!
На Ironau.ru появилась большая грамматика осетинского языка в двух томах. Объём в страницах настолько большой, что распознать графику сканов не представилось возможным, книги лежат в формате DjVu (о нём).
Речь идёт о коллективном труде выдающихся осетиноведов под редакцией Г. С. Ахвледиани. Первый том вышел в 1963, а второй (полностью посвящённый осетинскому синтаксису) — в 1969 году. Обе книги были отпечатаны тиражом всего 1000 экземпляров, поэтому даже в Осетии являются редкостью. Скачайте их! Более подробных описаний осетинского языка никогда не было и не скоро будет: том 1 (5 МБ), том 2 (8 МБ).
Две другие большие новости уходящей недели связаны с осетинской диалектологией. На Allingvo.ru опубликованы книги «Иронский диалект осетинского языка» Д. Г. Бекоева и «Дигорский диалект осетинского языка» М. И. Исаева. Напоминаю, что диалектов в осетинском всего два. Ранее Юрий Дряев (владелец Allingvo.ru) порадовал ценителей настоящим гвоздём — дигорско-русским словарём для ABBYY Lingvo.
«Дигорский диалект осетинского языка» был пересобран впоследствии Асланом Кудзаевым и доступен здесь в лучшем качестве. А в записи моего блога про дигорские „Вести“ можно послушать звучание дигорской речи.
|
|
|
