Поамикецаемся?..

„Фестиваль языков в идеальном мире“ — так была сформулирована тема одной из четырёх дискуссий на V Петербургском фестивале языков. Предполагалось обсудить, что́ можно было бы сделать с фестивалем, чтобы он был лучше (и вообще, что́ в его случае „лучше“: больше, громче, профессиональнее, домашнее, дольше?). Дискуссия однако не состоялась, потому что в ней захотели участвовать только два человека, которые могут поговорить и в Сети, к тому же надо было „обслуживать“ одновременно съёмочную группу канала 100 ТВ.

Из двух человек, которые пришли на дискуссию, один — я, а второй — Александра Васильева, и вот её тезисы к несостоявшейся дискуссии:

…в рамках дискуссии я бы хотела поговорить о том, насколько Петербургский фестиваль языков выполняет свои заявленные цели: показать многообразие языков мира, уникальность и ценность каждого из них; стимулировать интерес к изучению иностранных языков и языков народов Российской Федерации; воспитывать уважение к различным народам мира; стимулировать сотрудничество культурных и языковых организаций города; подружить увлечённых людей друг с другом.

Перечитал внимательно все пункты. Вроде всё заявленное работает :)

Странно, что при том, что в городе, помимо Невского Института Языка и Культуры, существует множество организаций, специализирующихся на распространении различных иностранных языков — те же Французский Институт, Институт Гете, те же консульства, многочисленные языковые школы и клубы, — они, однако, не принимают участия в Фестивале языков.

На первых двух фестивалях я писал конкретно в консульства — из 4-5 адресатов ответили только из консульства Украины и порекомендовали замечательного преподавателя Зинаиду Григорьевну. Остальные даже не прислали хотя бы невежливый отказ. Если консульствам нравится только выдавать визы и отдыхать по выходным, пусть в таком ключе и работают.

Сращивать фестиваль с бизнесом не хочется из принципиальных соображений. Фестиваль интересен своей относительной бескорыстностью, если позвать на него школы (которые преподают английский, что бы они не перечисляли в прайсе), получится банальная ярмарка языковых курсов — такие проводят регулярно без нас, спроса на это у публики вроде нет. У бизнеса есть, пусть делают новые ярмарки.

Фестивали языков представляют собой некое движение со своей традицией и стилем. Востребован ли дрейф фестиваля в сторону большей „солидности“, „официальности“ и т. д.? Я не уверен, люди заполняют анкеты своими восторгами — и часто пишут именно об уникальности атмосферы. Поэтому хочется осторожничать с резкими переменами. А по чуть-чуть мы экспериментируем каждый год — в этом году с дискуссиями и детской программой, например.

Также, на мой взгляд, слишком мало внимания на Фестивале уделено наиболее изучаемым языкам — английскому, французскому, немецкому, испанскому и итальянскому: 2010 год был годом Франции в России, — на фестивале была представлена только одна презентация французского языка; 2011 — год Италии, и только одна презентация итальянского языка на фестивале.

Выше мы с Александрой процитировали цели фестиваля, среди них „показать многообразие языков мира, уникальность и ценность каждого из них“. Показывать с особым акцентом ценность и существование итальянского или французского, вроде, никому в Петербурге не нужно. И неспроста на эти презентации ходит обыкновенно меньше людей, чем на тройку вечных лидеров — арабский, китайский и японский. Добавить шесть презентаций итальянского ради объявленного „года Италии“ плохая идея, потому что несколько из них в итоге сорвутся по неявке слушателей. Тем более такие прецеденты были у нас, расчасовки последних лет базируются на накопленном опыте.

а правильно ли то, что один человек, представляет по нескольку разнообразных языков на Фестивале. Ведь проведение одной презентации могло бы позволить более тщательно подготовиться — связать язык с культурой его носителей, сделать презентацию более творческой и динамичной, активно подключить зрителей, стимулируя к изучению конкретного языка, и самому посетить побольше других презентаций

Если это не очевидно, стоит уточнить, что презентаторы сами соглашаются (чаще даже предлагают) вести несколько презентаций. Обычно речь идёт о людях, получающих хорошие отзывы, которым мы в организационном комитете доверяем. Фестиваль проводится не только для зрителей, но и в каком-то смысле для выступающих. Полиглоты, молодые специалисты-филологи, исследователи редких языков — у этих групп людей бывает потребность рассказать о своём увлечении, но не всегда бывает заинтересованная готовая публика. Мы предоставляем на фестивале удобную площадку для обеих сторон, или так это представляется с нашей точки зрения во всяком случае.

Мы могли бы поговорить и о более стройной организации фестиваля, о системе набора ведущих и рассылке приглашений на фестиваль. Так, предполагаю, что организация Пятого Московского Фестиваля, регистрация участников на который открылась за полтора месяца до его проведения, проходила намного более четко.

Регистрация в Москве объяснялась простейше — требованием принимающей площадки. На входе у каждого спрашивали документы и сверяли со списком. Если у нас нет такого ограничения, нет и необходимости заставлять всех желающих прийти к нам публиковать своё полное имя где-то в Сети.

В отзыве Александры очень заинтересовало перечисление электронных ресурсов, которыми она, очевидно, умело и активно пользуется. Хочется надеяться, что на следующем фестивале нам удастся договориться в Александрой о презентации (или дискуссии?), в рамках которой она бы рассказала об этом опыте и сделала бы, может, сравнение этих ресурсов. Обычно люди или не знают о таких сайтах вовсе или судят о них по одному, не всегда удачному, опыту.