Заходя со стороны языкового богатства, он сравнивает подходы шведов, греков и русских к оценке своих языков как самых богатых и… приходит к выводу, что с английским никакой другой язык не сравнится, потому что описываемая беседа в баре шведского городка происходила на английском, который отличает какое-то умопомрачительное удобство, из которого и проистекает его место lingua franca в современном мире.
Не иначе.
А ещё одна моя родственница, преподаватель английского, озвучивала как-то другую версию: мол, все исполнители (sic! но как пример ABBA) предпочитают петь на английском, потому что он… невероятно мелодичный, музыкальный язык.
Думаю, правы оба. И имеет место кумулятивный эффект: английский стал международным, когда люди осознали, какой он user-friendly, welcoming и, вместе с тем, музыкальный, певучий. Это же просто находка для планеты!
А ещё это язык страны, продавшей миру оружие для двух мировых войн. И другой страны, до этого построившей самую большую империю. Но это справедливо же, наверное… По заслугам.
Если вы попали в этот блог случайно, подпишитесь на RSS-ленту и будьте в курсе всех обновлений!
Se vi trovis vin hazarde en tiu ĉi blogo, abonu la RSS-fadenon kaj ricevadu avertojn pri ĉiu nova notico!
Я вот думал об этом. Через эсперанто мне доводилось встречаться с простыми итальянцами, японцами, хорватами. Раньше у меня были о них какие-то телевизионные предрассудки, которых сейчас в том виде больше нет. И вообще в итоге я научился отделять решения ведущих политиков стран от населения этих стран, отдельных людей.
Нильс Кристи о правосудии и взаимопонимании:
С концлагерей всё и началось. В 1949 году юный Нильс, учившийся на социолога, по просьбе своего профессора беседовал с бывшими охранниками концлагеря — норвежцами, работавшими на фашистов и нередко убивавших сидевших под их присмотром сербов. Его заинтересовало, чем охранники, жестоко обходившиеся с заключенными, отличались от тех, кто не принимал участия в издевательствах и убийствах.
Тогда-то он и понял простую вещь, определившую его дальнейший интеллектуальный поиск: убийцы, считавшие пленных опасными недочеловеками, грязным быдлом, никогда не общались с ними. Те же охранники, с которыми сербам удавалось хоть раз поговорить, несмотря на разделявший их языковой барьер, или показать фотографии своей семьи, начинали видеть в них людей и уже не могли их убивать.
Кристи любит вспоминать рассказ одного из заключенных, сумевшего немного выучить норвежский с помощью найденного им словаря. В плену он вкалывал на дорожных работах и однажды услышал, как один из охранников попросил у другого спички, а тот ответил, что у него нет. Тогда этот серб произнес по-норвежски: «У меня есть спички». Позже он говорил, что эта фраза спасла ему жизнь: охранники поняли, что перед ними человек — такой же, как они.
«Сладострастие составляет очень заметную черту чукотского характера», — пишет Владимир Германович Богораз в своих Материалах по изучению чукотского языка и фольклора. Изданная в 1900 году книга недавно появилась в электронном виде полностью на сайте Российской национальной библиотеке в разделе «Национальные литературы».
«Чукчи вступают между собой в отношения переменного брака, причём каждый из участников такого союза получает право на жён всех других участников. Вне отношений переменного брака не живёт ни один чукча», — поясняет Богораз один из текстов, без такой сноски не понятный.
Там же есть, например, знаменитые «сто названий снега», которые любят приводить в пример, излагая в популярном виде гипотезу лингвистической относительности Сепира-Уорфа. В виде слова iмiм, которое означает неровно замёрзшую грязь, присыпанную снегом — как неподходящую для езды на санях поверхность. Действительно, народы, которым приходится ездить на санях меньше, таких специальных слов не заводят.
Знакомый молодой полиглот жалуется в серии статусов вК:
Почему люди, которые обращаются за помощью к репетиторам, такие тупые? Пишут: «моему ребёнку 1,5 года, раннее развитие, нужен китайский, только носитель языка» или, например, «моя дочка учит английский второй год (3 класс), но уровень знаний слабый; нужен носитель языка». Гении.
Далее, вечно оговорка: «не студенты». Чудесная оговорка, конечно. Только люди не очень понимают, что студенты — репетиторы более качественные и подходящие для детей/подростков. Ибо студенты дорожат репетиторством, они всегда подходят к этому вопросу качественно и никогда безответственно. Также, студенты берут меньше, чем взрослые преподаватели. Так зачем платить больше, если можно получить лучшие знания, заплатив меньше?
Также не очень приятно такое отношение к студентам: к людям, которые сами ещё учатся и отлично знакомы с учебным процессом и с актуальными вопросами.
Но «носители языка» в требованиях забавляют больше всего. В основном, это люди не с особо хорошим знанием русского языка. Вдобавок ко всему они совершенно не умеют преподавать и идут на такую подработку только лишь потому, что они носители языка. Но любому дураку ж понятно, что лучше умение преподать и объяснить (особенно на начальном уровне), чем свободное владение языком без этих навыком. На начальном и среднем уровне бытие репетитора носителем никому не нужно.
Конец цитаты.
Миф про то, как «носители» хороши в роли преподавателей, действительно удивительно живуч.
Викимания в Хайфе завершилась зрелищем уходящего в Средиземное море солнца — участников привезли на берег около шести и забрали оттуда только в полночь. Можно было немного искупаться (вода очень тёплая, очень солёная и всё время куда-нибудь тащит из-за волн), поесть еды и выпить напитков. В какой-то момент включили ещё очень громкую музыку.
Перед этим на завершающей речи Джимми Уэйлса (у которого сегодня день рожденья) жутко глючила презентация. Типа зависала Windows 7 и всё такое. Но в итоге смысл речи сводился к тому, чтобы упрощать вещи в интерфейсе и делать софт для проектов Викимедии, который предлагает не окрикивать, что распугивает новичков, а помогать/поощрять. Например, если человек не имеет права переименовать статью, не выдвинув её к переименованию на определённой странице (такие правила в англовики), то пусть он не может это сделать просто в интерфейсе. Если чего-то нельзя — нет такой опции, чтобы не было повода потом вставлять человеку красные шаблоны предупреждений в обсуждении.
Джимми Уэйлс отдельно поздравил казахский раздел Википедии с прорывным ростом в текущем году. В Казахстане, как известно, внимание Википедии уделено на самом высоком уровне (почти украинский случай, только с реальным выхлопом), в результате чего добавились сотни текстов из бумажных источников (девять томов „Казахской энциклопедии“ и другие), а число активных редакторов увеличилось в разы.
Ещё раньше была довольно плодотворная встреча представителей нескольких небольших разделов — среди прочих на языках аймара и венетском. Были придуманы такие идеи как подсказка статьи для перевода при щелчке на красную ссылку, информирование сообщества о причинах медленного роста, чтобы люди не унывали, и другие. Будем дальше общаться на эти темы уже в виртуале.
„Фестиваль языков в идеальном мире“ — так была сформулирована тема одной из четырёх дискуссий на V Петербургском фестивале языков. Предполагалось обсудить, что́ можно было бы сделать с фестивалем, чтобы он был лучше (и вообще, что́ в его случае „лучше“: больше, громче, профессиональнее, домашнее, дольше?). Дискуссия однако не состоялась, потому что в ней захотели участвовать только два человека, которые могут поговорить и в Сети, к тому же надо было „обслуживать“ одновременно съёмочную группу канала 100 ТВ.
…в рамках дискуссии я бы хотела поговорить о том, насколько Петербургский фестиваль языков выполняет свои заявленные цели: показать многообразие языков мира, уникальность и ценность каждого из них; стимулировать интерес к изучению иностранных языков и языков народов Российской Федерации; воспитывать уважение к различным народам мира; стимулировать сотрудничество культурных и языковых организаций города; подружить увлечённых людей друг с другом.
Перечитал внимательно все пункты. Вроде всё заявленное работает :)
Странно, что при том, что в городе, помимо Невского Института Языка и Культуры, существует множество организаций, специализирующихся на распространении различных иностранных языков — те же Французский Институт, Институт Гете, те же консульства, многочисленные языковые школы и клубы, — они, однако, не принимают участия в Фестивале языков.
На первых двух фестивалях я писал конкретно в консульства — из 4-5 адресатов ответили только из консульства Украины и порекомендовали замечательного преподавателя Зинаиду Григорьевну. Остальные даже не прислали хотя бы невежливый отказ. Если консульствам нравится только выдавать визы и отдыхать по выходным, пусть в таком ключе и работают.
Сращивать фестиваль с бизнесом не хочется из принципиальных соображений. Фестиваль интересен своей относительной бескорыстностью, если позвать на него школы (которые преподают английский, что бы они не перечисляли в прайсе), получится банальная ярмарка языковых курсов — такие проводят регулярно без нас, спроса на это у публики вроде нет. У бизнеса есть, пусть делают новые ярмарки.
Фестивали языков представляют собой некое движение со своей традицией и стилем. Востребован ли дрейф фестиваля в сторону большей „солидности“, „официальности“ и т. д.? Я не уверен, люди заполняют анкеты своими восторгами — и часто пишут именно об уникальности атмосферы. Поэтому хочется осторожничать с резкими переменами. А по чуть-чуть мы экспериментируем каждый год — в этом году с дискуссиями и детской программой, например.
Также, на мой взгляд, слишком мало внимания на Фестивале уделено наиболее изучаемым языкам — английскому, французскому, немецкому, испанскому и итальянскому: 2010 год был годом Франции в России, — на фестивале была представлена только одна презентация французского языка; 2011 — год Италии, и только одна презентация итальянского языка на фестивале.
Выше мы с Александрой процитировали цели фестиваля, среди них „показать многообразие языков мира, уникальность и ценность каждого из них“. Показывать с особым акцентом ценность и существование итальянского или французского, вроде, никому в Петербурге не нужно. И неспроста на эти презентации ходит обыкновенно меньше людей, чем на тройку вечных лидеров — арабский, китайский и японский. Добавить шесть презентаций итальянского ради объявленного „года Италии“ плохая идея, потому что несколько из них в итоге сорвутся по неявке слушателей. Тем более такие прецеденты были у нас, расчасовки последних лет базируются на накопленном опыте.
а правильно ли то, что один человек, представляет по нескольку разнообразных языков на Фестивале. Ведь проведение одной презентации могло бы позволить более тщательно подготовиться — связать язык с культурой его носителей, сделать презентацию более творческой и динамичной, активно подключить зрителей, стимулируя к изучению конкретного языка, и самому посетить побольше других презентаций
Если это не очевидно, стоит уточнить, что презентаторы сами соглашаются (чаще даже предлагают) вести несколько презентаций. Обычно речь идёт о людях, получающих хорошие отзывы, которым мы в организационном комитете доверяем. Фестиваль проводится не только для зрителей, но и в каком-то смысле для выступающих. Полиглоты, молодые специалисты-филологи, исследователи редких языков — у этих групп людей бывает потребность рассказать о своём увлечении, но не всегда бывает заинтересованная готовая публика. Мы предоставляем на фестивале удобную площадку для обеих сторон, или так это представляется с нашей точки зрения во всяком случае.
Мы могли бы поговорить и о более стройной организации фестиваля, о системе набора ведущих и рассылке приглашений на фестиваль. Так, предполагаю, что организация Пятого Московского Фестиваля, регистрация участников на который открылась за полтора месяца до его проведения, проходила намного более четко.
Регистрация в Москве объяснялась простейше — требованием принимающей площадки. На входе у каждого спрашивали документы и сверяли со списком. Если у нас нет такого ограничения, нет и необходимости заставлять всех желающих прийти к нам публиковать своё полное имя где-то в Сети.
В отзыве Александры очень заинтересовало перечисление электронных ресурсов, которыми она, очевидно, умело и активно пользуется. Хочется надеяться, что на следующем фестивале нам удастся договориться в Александрой о презентации (или дискуссии?), в рамках которой она бы рассказала об этом опыте и сделала бы, может, сравнение этих ресурсов. Обычно люди или не знают о таких сайтах вовсе или судят о них по одному, не всегда удачному, опыту.
17 апреля состоится пятый Фестиваль языков в Петербурге. Это необычное мероприятие, на котором можно познакомиться за день с несколькими языками, поданными в виде кратких уроков-презентаций по 40 минут.
В этом году в списке есть новые языки: адыгейский, венгерский, эвенский, якутский и другие. После прошлогоднего перерыва снова будут арабский, японский и иврит. Будут и презентации-лекции; например, о том, почему английская орфография такая странная и что с этим предлагали делать разные умные люди.
Я и мой эсперанто на фестивале языков в мае 2010 года
Я как один из организаторов получаю много откликов о фестивале. Наиболее частые темы для критики — это обеденный перерыв (который мы отменили) и возможность знакомиться.
Перерыв мы отменили сознательно и восстанавливать не будем. Мероприятие идёт с 11:00 до 18:00, кому-то за это время нужно только пить или достаточно перехватить бутерброд из вендингового автомата, а другие люди смогут без давки в любое время выделить полчаса для своего похода в столовую — она будет работать с начала программы до 16:00. Обеденный перерыв неизменно приводит к страшной нервозной очереди, мы (и не только мы) уже пробовали.
По второй популярной теме критики — „презентации идут одна за одной и некогда познакомиться с интересными людьми, которых так много на фестивале“ — мы решили сделать эксперимент. (дальше его суть)
